В Москве чихнут, а в провинции пьют «античихнин»

Категоричные высказывания руководства страны по поводу мини-НПЗ очень похожи на попытку уничтожить этот вид среднего бизнеса как класс. Понятно, это эмоции, но в Москве чихнут, а в провинции, или, как сейчас модно говорить, «на местах», пьют «античихнин» лошадиными дозами.

Мини-НПЗ в регионах терпят бесконечные проверки, некоторые сворачивают производство, не говоря уже о том, что после громких заявлений правительства в бизнесе практически перестали появляться новые лица. Очевидно, большие НПЗ боятся конкуренции со стороны «малышей». Получается, чтобы те не мешались под ногами, на мини-НПЗ можно навешать всех собак: воровство нефти из трубы, низкое качество топлива, низкая глубина переработки и т.д.

По поводу воровства: времена не те, девяностые с их неразберихой прошли, сейчас труба под жестким контролем, воровать себе дороже выйдет. Дайте просто купить нефть из той же трубы — и дизельное топливо будет хорошего качества (если мини-НПЗ не самовар, а имеет двух-трехколонную схему с острым паром и двумя печами нагрева сырья).

Прямогонный бензин, на который так ополчилось правительство из-за якобы низкого качества, можно отдать в процессинг по давальческой схеме на большие НПЗ и получить от них марочный. Выход мазута при требуемом увеличении глубины переработки существенно уменьшится. При этом забывают о том, что мазут там, где нет газа, — это тепло, тепло — это социальная сфера, а газа еще нет в очень и очень многих котельных.

Мазут — это еще и возможность произвести битум: за месяц работы небольшого блока, перерабатывающего мазут в гудрон, а затем окисляющего его до дорожного битума, можно заасфальтировать около 500 м дороги шириной 4,5 м и толщиной слоя 0,22 м. Тут хочется вспомнить, что дороги — одна из главных бед России… Кстати, мазут можно приобретать у больших НПЗ, чтобы не усложнять им жизнь с производством битума. Главное, был бы спрос со стороны дорожно-строительного бизнеса.

Важным моментом в эксплуатации мини-НПЗ может стать возможность апробирования инновационных технологий, увеличивающих глубину переработки исходного сырья, — это может быть цеоформинг, кавитационные активаторы, виброструйная магнитная активации, бубен сколковского шамана и т.д. Логика здесь следующая: допустим, лабораторный образец некоего аппарата, придуманного в каком-нибудь «Сколково», позволяет увеличить выход светлых фракций и вообще доведет готовый продукт до Евро-10, но он нуждается в проверке. В промышленных условиях делать образец для большого НПЗ дорого и рискованно, да и останавливать большое производство на период монтажа просто нереально. Масштабируем вышеупомянутый аппарат под производительность мини-НПЗ — затраты значительно меньше, да и владельцы сговорчивее. Они просто по деньгам заинтересованы покупать нефти меньше, а производить продукции больше.

Одним словом, мини-НПЗ с нормально продуманной атмосферной ректификацией позволяет предпринимателям начать работать по формуле: «кредит — первичная переработка — возврат кредита — посмотрим, что получится». Далее формула может принять такой вид: «возврат кредита — увеличение глубины переработки — посмотрим, что получится». Переменная «посмотрим, что получится» введена в формулу из-за сложных, часто меняющихся правил игры в нефтянке, так как чихают в Москве часто.

Юрий Кинев, генеральный директор компании «Реф-Оил»