Отдельное межправсоглашение по «Северному потоку-2» не нужно

Необходимости в подписании межправительственного соглашения между Евросоюзом и РФ по строительству «Северного потока-2» нет; переговоры по этому вопросу должны содействовать реализации проекта, а не препятствовать ей, считает юрист, профессор энергетического права университета Хельсинки Ким Талус.

Эксперт предоставляет консультации трансграничным инфраструктурным проектам, в том числе Nord Stream 2.

«Ответом на вопрос, необходимо ли специальное межправсоглашение для «Северного потока-2» должно быть «нет». Однако это не означает, что оно не может быть заключено», — пишет Талус в своей статье для журнала «Законодательство по нефти, газу и энергетике». В статье отмечается, что мнение автора личное и не зависит от Nord Stream 2.

Еврокомиссия в пятницу направила запрос Совету ЕС о получении мандата на проведение переговоров с РФ для создания специальной юридической базы, на основе которой, по мнению ЕК, должен работать будущий газопровод «Северный поток-2».

Чего хочет Еврокомиссия

На «Северный поток-2» не распространяются все правила внутреннего рынка ЕС, третьего энергопакета, так как труба не будет проходить по наземной части ЕС. Поэтому ЕК выражает желание достичь соглашения с РФ по ряду ключевых принципов работы газопровода.

Среди этих принципов ЕК перечисляла прозрачность функционирования газопровода, недискриминационное установление тарифов на прокачку газа, возможность для третьих сторон прокачивать «голубое топливо», а также разделение деятельности по продаже и транспортировке газа.

Официальный представитель Nord Stream 2 AG, оператора «Северного потока-2», еще в марте говорил РИА Новости, что компания не считает такие переговоры необходимыми, так как юридическая структура для реализации проекта ясна. В пятницу Nord Stream 2 AG заявил, что создание специальной юридической базы для «Северного потока-2» по политическим причинам приведет к дискриминации частных инвестиций в инфраструктуру ЕС.

ЕК пока не сообщала, как будет действовать, если Россия откажется от переговоров.

Что может регулировать межправсоглашение

По мнению Талуса, главным вопросом является содержание возможного межправсоглашения.

«Будет неприемлемо, если единственным мотивом к заключению межправсоглашения будет желание Еврокомиссии, которая столкнулась с тем, что проект не попадает под действие европейского энергетического закона и третьего энергопакета, подвести «Северный поток-2» под действие законодательства «с заднего входа», через межправсоглашение, или хуже, блокировать проект по политическим причинам. Должна быть причина для переговоров по межправсоглашению, и роль межправсоглашения и вовлеченных в его заключение стран обычно заключается в содействии, а не противодействии», — говорится в статье.

Талус отметил, что реализация проекта не требует урегулирования каких-либо законодательных вопросов межправсоглашением. Процесс строительства газопровода регулируется международным и европейским правом и национальными законодательствами, функции оператора газопровода могут регулироваться решениями компании-оператора или соглашениями между компаниями, вовлеченными в управление газопроводом.

Не мешать получению разрешений

При этом переговоры по заключению межправсоглашения не должны приостанавливать или откладывать процедуру получения разрешений на строительство от стран, по территории которых пройдет газопровод, или влиять на нее. «Европейское энергетическое законодательство не должно становиться фактором влияния на любые процессы, связанные с «Северным потоком-2″, до подписания соответствующего соглашения», — считает эксперт.

«Необходимо четко разделить политические элементы от законодательных вопросов. Политические аспекты проекта не должны быть спутаны с регуляторными или законодательными аспектами», — пишет Талус.

«Северный поток-2» предполагает строительство двух ниток газопровода общей мощностью 55 миллиардов кубометров газа в год от побережья России через Балтийское море до Германии. Новый трубопровод планируется построить рядом с «Северным потоком».

Для реализации проекта необходимы разрешения от России, Финляндии, Швеции, Дании и Германии. В Швеции заявка на разрешение была подана в сентябре 2016 года, в Германии — в марте этого года, в Дании — в апреле.