ВГК активирует уголь

Восточная горнорудная компания (ВГК) бывшего президента СУЭК Олега Мисевры и группы ИСТ Александра Несиса ищет инвесторов в угольный проект на Сахалине стоимостью 36 млрд руб. Деньги нужны на увеличение добычи втрое, до 10-12 млн тонн энергоугля в год, и строительство порта с конвейером от Солнцевского разреза. Фонд развития Дальнего Востока ВЭБа готов выделить 2,5 млрд руб., но акционеры ВГК рассчитывают на 75% сторонних инвестиций. Проект выгодно расположен и может окупиться за четыре года, однако найти инвесторов в угольную отрасль сейчас непросто, считают эксперты.

Восточная горнорудная компания, принадлежащая бывшему президенту и совладельцу СУЭК Олегу Мисевре (55%) и группе ИСТ Александра Несиса (45%), сегодня на Восточном экономическом форуме подпишет соглашение с Фондом развития Дальнего Востока (ФРДВ, структура ВЭБа) об участии в проекте разработки сахалинских угольных месторождений ВГК. Об этом рассказали источники, знакомые с планами сторон, и подтвердили акционеры ВГК и представитель ФРДВ. Фонд инвестирует в проект 2,5 млрд руб., которые должны пойти на софинансирование логистической инфраструктуры.

Олег Мисевра и ИСТ договорились об объединении угольных активов в ВГК осенью 2013 года. Запасы энергоугля ВГК на Сахалине — 250 млн тонн, добыча в 2014 году — 2,4 млн тонн; запасы антрацита в Магаданской области — свыше 100 млн тонн (добыча не ведется). Консолидированной отчетности у ВГК нет, выручка Солнцевского угольного разреза на Сахалине в 2014 году — 3,15 млрд руб., убыток — 1,4 млрд руб.

ВГК планирует создать глубоководный терминал на базе своего порта Шахтерск и построить конвейер от Солнцевского разреза к порту. По данным ФРДВ, с учетом сделанных вложений ВГК объем инвестиций в инфраструктуру и расширение мощностей может достичь 70 млрд руб. По словам источников, знакомых с проектом, сейчас он оценивается в 36 млрд руб., или $600 млн, из которых $250 млн должно пойти на увеличение мощностей по добыче с 3 млн до 10-12 млн тонн в год, $130 млн — на конвейер (30 км) и $220 млн — на терминал мощностью свыше 10 млн тонн в год (уголь должен идти в страны АТР). Терминал должен принимать суда Panamax грузоподъемностью до 80 тыс. тонн и увеличить период погрузки до 280 дней в году (сейчас порт работает 180 дней), указывает один из собеседников «Ъ». Проект хотят реализовать к 2019-2020 годам, около 20-30% инвестиций готовы вложить акционеры ВГК, остальное планируется занимать.

Олег Мисевра сказал, что детальные переговоры с банками и возможными соинвесторами начнутся через полтора года, когда будет готово ТЭО проекта. Несмотря на продолжающееся падение цен на энергоуголь (за год упали на базисе FOB Ньюкасл на 17%, до $57 за тонну), ВГК по-прежнему рентабельна, уверяет господин Мисевра, а в перспективе четырех-пяти лет ситуация на рынке должна улучшиться.

С точки зрения логистики проект ВГК расположен выгоднее основных угольных активов РФ: например, от Кузбасса до портов около 5 тыс. км, указывает Николай Сосновский из UBS. За счет этого, полагает он, себестоимость сахалинских углей в порту в текущих ценах и курсе валют может быть около $20-25 на тонну — вдвое ниже кузбасских, а проект расширения может окупиться за три-четыре года. Источник в крупной угольной компании указывает, что при годовом объеме мировой морской торговли энергоуглем свыше 300 млн тонн (половина — австралийские угли) для рынка АТР «10 млн тонн ВГК будут каплей в море, их будут брать», а конвейер позволит ВГК быть устойчивой к низким ценам. В развивающихся странах уголь занимает значимую долю в структуре энергоносителей, но глобальные цены на энергоресурсы в последние годы проседают и вряд ли в реальном выражении восстановятся до пиков 2008-2011 годов, считает Николай Сосновский. На энергоуголь при этом сильно давят экологические ограничения в развитых странах. Поэтому привлечь крупные инвестиции ВГК будет непросто, считает он: госинвестиции в условиях санкций, тающих резервов и проблем с доходами бюджета ограниченны и селективны, банки дают мало и под очень высокие проценты, для частного капитала это немаленькая сумма, а у угольной индустрии «сейчас минимум популярности».