Экспансия без господдержки

«Росатом», собирающийся к 2020 году в полтора раза — до $150 млрд — увеличить портфель своих заказов, впервые заявил о возможном привлечении зарубежного финансирования: в качестве инвесторов рассматриваются китайские банки и энергокомпании. До сих пор одним из козырей госкорпорации на мировом рынке сооружения АЭС была финансовая поддержка государства, но теперь возможности госфинансирования сужаются, тогда как сам «Росатом» продолжает борьбу за новые рынки, пишет «Коммерсантъ».

Китайские банки и энергокомпании готовы участвовать — «в том числе и финансово» — в новых проектах «Росатома», рассказал вчера первый заместитель гендиректора, главный финансовый директор госкорпорации Николай Соломон. Конкретных проектов, которыми интересуются китайцы, он не назвал. Наиболее известным проектом «Росатома» с Китаем является Тяньваньская АЭС, где госкорпорация построила два блока, строит еще два и ведет переговоры о возведении седьмого и восьмого блоков, но здесь российская сторона выступала как подрядчик. «Росатом» готов строить новые блоки АЭС на материковой территории Китая, заявил вчера заместитель главы госкорпорации Кирилл Комаров. Кроме того, в прошлом году в «Росатоме» говорили, что обсуждают с китайской CNNC New Energy СП по строительству плавучих АЭС, реакторов на быстрых нейтронах, а также возможные проекты в третьих странах.

Предложение «Росатома» традиционно выглядит привлекательным для заказчиков АЭС, потому что сопровождается льготными условиями финансирования строительства, зачастую обеспеченными государством, рассуждает Владимир Скляр из «Ренессанс Капитала».

Он не исключил, что внешнее финансирование могло потребоваться «Росатому» из-за интенсивного роста портфеля заказов. По итогам 2013 года этот портфель составлял $74 млрд, в конце 2014 года — уже $101,4 млрд, а к 2020 году он должен достичь $150 млрд, цитирует «Интерфакс» материалы корпорации. При этом последние зарубежные контракты часто предусматривают либо российские госкредиты, либо участие госкорпорации в капитале проекта. Но проекты долгосрочные (от подписания первых соглашений до сдачи АЭС в эксплуатацию может пройти до 10 лет, срок окупаемости — более 20 лет), и «Росатом» практически не прибегает к рыночному финансированию. Так, строительство АЭС «Ханхикиви-1» в Финляндии обеспечено средствами Фонда национального благосостояния, правительство утвердило выделение эквивалента €2,4 млрд, но не более 150 млрд руб., а «Росатом» получил 34% в проектной компании Fennovoima. В Иордании российская сторона также может получить до 49%, о возможном участии в проекте заявлял ранее глава Российского фонда прямых инвестиций Кирилл Дмитриев.

В России стройки АЭС обеспечиваются за счет собственных средств «Росатома» и бюджетных вливаний по отраслевым программам. Но в последнее время получать господдержку труднее, и Минэкономики уже допускало секвестр бюджетного финансирования в атомной энергетике, а также отказ или перенос по срокам отдельных проектов. Несмотря на это, у «Росатома» нет ни одного приостановленного проекта, но суммы распределены на длительный срок, заявил Кирилл Комаров.

В условиях закрытия внешних рынков капитала и роста дефицита госбюджета возможности госфинансирования строек «Росатома» сократились, рассуждает Владимир Скляр. В этой ситуации привлечение китайских инвесторов выглядит вполне естественным: китайские банки способны финансировать инфраструктурное строительство на длительный срок, говорит он. Окупаемость проектов АЭС понятна для банков, если, например, обеспечена долгосрочным тарифом на электроэнергию, отмечает аналитик. Вопрос в том, будут ли ставки китайских банков сопоставимы с условиями льготного российского финансирования для заказчиков АЭС, заключает господин Скляр.