С 2020г газ в Европу будет поступать через Трансадриатический газопровод

Предполагается, что газ в Европу будет поступать через Трансадриатический газопровод в обход России — из Каспийского региона через Северную Грецию и Албанию на юг Италии, где будет происходить стыковка трубопровода с существующей сетью газоснабжения. Финансирование южноевропейского газового коридора оказалось под угрозой после того, как немецкий концерн E-on и французский Total в феврале сообщили о своих намерениях выйти из проекта, что и произошло в конце сентября. Однако за новым инвестором дело не стало: Enagas, один из крупнейших поставщиков газа Испании, почти целиком выкупит долю E-on в Трансадриатическом газопроводе.

Основными акционерами проекта TAP (Trans-AdriaticPipeline) по-прежнему являются британский энергетический концерн BP, норвежский Statoil и азербайджанский государственный концерн Socar. Доля каждого из них составляет 20%. «Безусловно, мы сожалеем о выходе из проекта компаний E-on и Total. Разумеется, каждая компания сама решает, соответствуют ли данные активы ее инвестиционному портфелю», — поясняет финансовый директор TAP Лутц Ландвер в интервью «Немецкой волне». По его словам, испанский поставщик Enagas- не менее ценное приобретение для проекта, особенно учитывая ее «конкретный узкоспециализированный опыт». Так что в этом отношении проект от смены инвесторов лишь выиграл, утверждает его немецкий руководитель.

Первые капиталовложения, например, в строительство подъездных путей, ожидаются уже в 2015 году, сообщил Ландвер 1 октября на конференции по энергетике «Балканы и Адриатический нефтегазовый саммит» в Афинах. Начало поставок с азербайджанского газоконденсатного месторождения Шах-Дениз, запасы которого оцениваются более чем в один триллион кубометров природного газа, запланировано на 2020 год. Предполагается, что Трансадриатический газопровод обеспечит до 20% газовых потребностей ЕС.

Из 880 километров общей протяженности газопровода 540 километров будут проходить по территории Греции. Так страна, находящаяся в состоянии кризиса, получит ключевую роль в реализации проекта. В 2013 году Греция, Албания и Италия подписали в Афинах соглашение о строительстве TAP, тем самым выразив однозначную политическую поддержку многомиллиардного проекта.

Тем не менее, точный маршрут прокладки труб на севере Греции пока не определен, так как многие города, общины и гражданские организации протестуют против строительства и требуют изменений в намеченном плане.

Проект Трансадриатического газопровода привлекателен не только тем, что обеспечивает доступ к запасам каспийского газа. Все участвующие в нем страны получают возможность заново позиционировать себя на европейском энергетическом рынке. Например, Албания до сих пор была изолирована от энергосетей ЕС, но теперь положение изменится, убежден замминистра энергетики и промышленности Албании Дориан Дуцка. «Благодаря TAP Албания станет частью южноевропейского газового коридора и вольется в региональную энергосеть», — сказал он в интервью «Немецкой волне». Кроме того страна сможет выручить приблизительно миллиард евро в виде прямых иностранных инвестиций, не говоря уже о новых рабочих местах и дополнительных налоговых поступлениях.

Еще важнее для Албании то, что, по задумке, TAP соединится на ее территории с Ионическо-Адриатическим газопроводом, который, как предполагается, будет доставлять газ в местные сети энергоснабжения Западных Балкан.

Министр энергетики Греции Яннис Маниатис утверждает, что в ближайшие годы Европе дополнительно понадобится 100 миллиардов кубометров газа, поэтому ей пригодятся любые дополнительные поставки и газотранспортные средства.

Его мнение разделяет и Тедорос Тсакирис, преподаватель геополитики кипрского университета в Никосии. Он не считает «Южный поток» и TAP конкурирующими проектами. «Южный поток» не увеличит зависимость ЕС от российских газовых поставок и не призван завоевывать новые рынки, — говорит эксперт по энергетике. — Это просто альтернативный способ выполнения уже имеющихся договоренностей о газоснабжении».

По его словам, TAP не может составить серьезную конкуренцию «Южному потоку» хотя бы из-за сравнительно низкой предполагаемой мощности: максимум 20 млрд кубометров к 2025 году против ежегодных 150 млрд кубометров «Южного потока».