ЛУКОЙЛ не отказывается от Таймыра

ЛУКОЙЛ может продолжить бурение на Восточно-Таймырском участке, за который в 2015 году боролся с государственной «Роснефтью». Планы не выглядят однозначно перспективными: первая скважина на участке оказалась сухой. Но эксперты считают, что продолжение бурения обоснованно: нефтекомпании сейчас необходим прирост запасов в РФ, ведь на основных ее активах добыча падает.

ЛУКОЙЛ может приступить к бурению второй скважины на Восточно-Таймырском участке в первом квартале 2019 года, сообщил 4 мая глава Минприроды Сергей Донской. «Они ведут сейчас переинтерпретацию тех данных, которые получили в рамках бурения скважины»,— пояснил чиновник. В Минприроды уточнили, что «знают о намерении компании» продолжить бурение.

Ресурсы нефти в пределах сухопутной части Восточно-Таймырского участка по категории D2 на 1 января 2009 года составляли 4,5 млн тонн, газа — 9,3 млрд кубометров, конденсата — 0,5 млн тонн. Площадь — 13,8 тыс. кв. км.

Первую скважину на Восточно-Таймырском ЛУКОЙЛ пробурил в 2017 году, не получив коммерческих запасов нефти. В итоге скважину признали «сухой», компания списала из-за этого около 9 млрд руб., признавал ее вице-президент Александр Матыцын. О том, продолжит ли ЛУКОЙЛ разведку на участке, не сообщалось, хотя в целом компания была намерена продолжить изучение региона. В ЛУКОЙЛе комментарий не предоставили.

Перспективность участков в районе Хатанги до сих пор не очевидна, но они были предметом жесткой конкуренции. Так, Восточно-Таймырский изначально включал сухопутную и шельфовую части (доступ к шельфу есть только у госкомпаний). Впоследствии от участка оставили только сухопутную часть, но получение ЛУКОЙЛом даже этой области косвенно могло стать поводом для претензий компании на шельф. На участок претендовала и «Роснефть», после победы ЛУКОЙЛа боровшаяся с ним в суде, но в итоге площадь осталась за частной компанией.

«Роснефть» получила соседний Хатангский участок, на котором начала бурить параллельно с ЛУКОЙЛом и также практически не получила притоков нефти. Но госкомпания поставила на баланс запасы в 81 млн тонн нефти. Источники тогда отмечали, что даже этих запасов недостаточно для рентабельной разработки открытия, хотя глава «Роснефти» Игорь Сечин докладывал Владимиру Путину, что компания стоит «на пороге открытия очень серьезного месторождения». Как сообщалось, открытое «Роснефтью» месторождение затрагивает границы участков нераспределенного фонда недр, которые компания просила выставить на торги, но впоследствии отказалась от этой идеи.

В интервью 26 декабря 2017 года глава и ключевой владелец ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов признавал: «Компаний в России все меньше и меньше, и все хуже и хуже активы, которые у них остаются». При этом в марте 2018 года ЛУКОЙЛ сообщал, что большая часть его ежегодных затрат в $8 млрд пойдет на добычные проекты в РФ, в основном уже действующие. На зрелых активах до 2020 года ЛУКОЙЛ планирует снизить темпы падения добычи в Западной Сибири (на регион приходится половина добычи компании) до 2–3% в год, а к 2027 году — возможно, стабилизировать производство.

ЛУКОЙЛу необходимо искать будущие точки роста в России, поскольку прирост добычи на гринфилдах, главным образом на Каспии, в среднесрочной перспективе не сможет компенсировать падение на основных активах в Западной Сибири, отмечает Екатерина Родина из «ВТБ Капитала». В этой ситуации бурение новой скважины на Таймыре оправданно, а делать вывод о бесперспективности участков преждевременно, считает она. По мнению аналитика, пока проект не приносит существенных финансовых потерь, но при реализации потребует значительных средств, в том числе на мощности по транспортировке нефти.