Власти США арестовали россиян за попытку поставить оборудование Газпром нефти

Силовая турбина Vectra 40G Dresser-Rand (американский производитель нефтегазового оборудования, принадлежит Siemens), попытка поставки которой в РФ спровоцировала расследование прокуратуры США, предназначалась для платформы «Приразломная» «Газпром нефти», утверждают собеседники газеты “Коммерсантъ”. Это также подтверждается опубликованными судебными документами.

В 2014 году «Газпром нефть» попала под санкции США и ЕС, запрещающие поставки технологий и услуг для глубоководных, морских арктических и сланцевых проектов в РФ. Эти меры ограничивают поставку или реэкспорт товаров, услуг (кроме финансовых) и технологий для шельфа и сланцевой нефти.

3 декабря стало известно, что американские власти обвинили пятерых человек, в том числе двоих россиян, в нарушении санкционного режима и попытке мошенничества и отмывания денег. Обвинения предъявили российской компании «КС Инжиниринг», ее владельцу Олегу Никитину и сотруднику Антону Черемухину. Кроме того, обвинения предъявлены владельцу и президенту компании World Mining and Oil Supply Дали Багру, коммерческому директору GVA International Oil and Gas Services Габриэлю Виллону, а также Бруно Капарини, который является менеджером итальянской инженерной фирмы, название которой не приводится. Поводом для обвинения стала закупка американской турбины, которую планировалось переправить в Россию для установки на глубоководную арктическую буровую платформу. Они могут отправиться в тюрьму на 20 лет, а также заплатить более $1 млн штрафа.

Приразломное месторождение (запасы — 263 млн тонн) было запущено за год до введения американских санкций, в 2013 году. Шельф в этом районе не является глубоководным: глубина моря — около 20 м. Неоднократно «Газпром нефть» прерывала добычу на месторождении, объясняя это плановым техобслуживанием.

На платформе «Приразломная» работают газотурбинные установки (ГТУ), состоящие из трех газогенераторов LM2500 GE, и силовая турбина Vectra 40G Dresser-Rand. ГТУ работают для производства электроэнергии на платформе, оборудование было закуплено в 2012 году и напрямую не относится к производству нефти. Наработка этих турбин пока не достигла необходимых для капремонта 50 тыс. часов, ориентировочно этот срок настанет в 2020–2021 годах, но для этого оборудования требовались дополнительные детали, говорят собеседники, знакомые с ситуацией.

Турбина, по данным издания, в итоге все же была приобретена (за $6,5 млн), но в Европе при прохождении таможни возникли подозрения относительно конечной точки поставки оборудования — Казахстана. Выяснилось, что эта турбина там не была нужна, и машину отправили обратно в США, после чего и началось расследование.

При этом теоретически «Газпром нефть» могла закупить подобную турбину в Европе — такое оборудование не входит в перечень, по которому в ЕС должен осуществляться экспортный контроль (приложение 2 к решению Совета ЕС 833 от 2014 года).

Специальный советник по санкционному праву коллегии адвокатов Pen & Paper Сергей Гландин отмечает, что вследствие санкций европейским поставщикам при работе с подсанкционными компаниями приходится обращаться за разрешением на продажу оборудования к соответствующим органам, чтобы доказать, что это оборудование не подпадает под ограничения. Поэтому европейцы предпочитают по умолчанию использовать «презумпцию отказа». «Все боятся нарушить санкции, особенно американские, и, чтобы защититься от лишних рисков, могут автоматически отказать»,— поясняет он. Из-за этого российским компаниям, по его мнению, приходится разрабатывать сложные схемы по закупке оборудования.