Газпром нефть слили из Ирана

Вслед за ЛУКОЙЛом, «Газпром нефть» потеряла место на иранском нефтяном блоке Анаран. Национальная иранская нефтяная компания (NIOC) разорвала меморандум о взаимопонимании, по которому «Газпром нефть» могла стать оператором разработки месторождений Азар и Шангуле. Иранцев не устроила пассивность российской компании, и они начали поиск других претендентов. Впрочем, сама «Газпром нефть» не теряет надежды на реализацию проекта.

NIOC исключила «Газпром нефть» из числа возможных участников проекта по разработке месторождений Азар и Шангуле, говорится в официальном сообщении компании, опубликованном в воскресенье. Как заявил директор NIOC по развитию Азара Хамид Карими, «переговоры с компанией в прошлом году прошли безуспешно, поэтому она была исключена из этого проекта с заменой на другие». По словам топ-менеджера, консорциум иранских компаний, включающий Oil Industries Engineering and Construction и Oil-Pension Fund Investment (OPIC), начал переговоры с другими потенциальными инвесторами. Но, уточнил он, «любой новый запрос «Газпром нефти» может быть рассмотрен, и переговоры могут продолжиться».

«Газпром нефть» и NIOC подписали меморандум о взаимопонимании в ноябре 2009 года. Как сообщила российская компания, «документ отражает намерения сотрудничать в области разработки нефтяных месторождений Азар и Шангуле». Оба проекта расположены на блоке Анаран, который также включает месторождения Дехлоран и Мусиан. Геологические запасы участков, по информации иранской стороны, составляют 5-6 млрд баррелей нефти. Геологоразведкой на них с 2003 года занимался ЛУКОЙЛ с норвежской Norsk Hydro. У российской компании в проекте было 25%. В 2006 году «ЛУКОЙЛ Оверсиз» подписала с NIOC декларацию о коммерциализации месторождения Азар. Но соглашение об участии в проекте из-за введения экономических санкций против Ирана подписано так и не было. Не стала участвовать ни в одном из проектов Анарана и Norsk Hydro.

На прошлой неделе с критикой переговоров с «Газпром нефтью» выступил посол Ирана в России Махмуд Сеза Саджади. По его словам, российская компания «два года затягивает этот процесс, что является большим уроном со стороны российских нефтяных компаний иранской общественности». При этом президент «Газпром нефти» Александр Дюков в июне 2010 года заявлял, что переговоры о вхождении компании в проект могут быть завершены в течение двух месяцев, пишет «Коммерсантъ».

Вчера в «Газпром нефти» пояснили, что компания подготовила генеральный план разработки месторождений и провела переговоры об условиях контракта. Но «сторонам не удалось достичь взаимовыгодных договоренностей, «Газпром нефть» не получила ответа на вопрос о возможности изменения предлагаемых иранской стороной условий».

По словам Махмуда Сеза Саджади, «в Тегеране сложилось мнение, что если «Газпром нефть» качает нефть из Ирака, то Иран ей неинтересен». Бизнес компании в Ираке действительно идет успешнее. Вместе с турецкой TPAO, корейской Kogas и малайзийской Petronas «Газпром нефть» выиграла конкурс на нефтяное месторождение Бадра с запасами в 2 млрд баррелей нефти (272,8 млн тонн). Консорциум предложил добывать на месторождении 170 тыс. баррелей (23,2 тыс. тонн) в сутки, вознаграждение за сверхлимитную добычу — порядка $6 за баррель. «Газпром нефть» оценивала инвестиции в проект на 20 лет на уровне $2 млрд.

По мнению Алексея Кокина из «Уралсиба», разработка Азара обошлась бы компании примерно в $1,5-2 млрд, то есть Иран должен был бы предложить ей помимо компенсации в рамках сервисного контракта как минимум $5,5 за баррель, чтобы проект имел необходимый уровень рентабельности. Однако NIOC на такие условия, видимо, не готова, отмечает аналитик. Кроме того, работа в Иране по-прежнему чревата высокими политическими рисками, добавляет Валерий Нестеров из «Тройки Диалог». Но в то же время Иран имеет большое стратегическое значение, уточняет аналитик, и для многих компаний важно получить активы в этой стране, и уход «Газпром нефти» вряд ли окончательный.